Мать лет десять назад умерла от рака а я усирался на работе чтобы эти сами "адидасы" у моего Ромочки бы-ыли... Но ведь теперь хоть лоб разбей не угонишься... Опрезидентили страну!!! Мозги не нужны стали а у Ромочки мозг ком-м-мерчески устроен стал... Понимаешь? Бабка с нами живет мать моя в-восемьдесят лет ей едва ходит всю воину прошла теперь еле ходит еле соображает н-ну кое-как соображает медали целыми днями перекладывает да фотографии старые но ведь это не значит что ее убивать надо! Д-да д-да уби-вать!!! Эт Ромочка... Бабуленька его с пеленок нянчила, а теперь своим существованием досаждает он и говорит: давай батя застрахуем бабу Клаву на десять лимонов а она в ванной поскользнется и об уг-гол виском деньги говорит для страховки найду только п-проценты п-потом вернем а так мол тот же лимон на похороны понадобится... Ты не думай! Не думай слыш-шь!!! Я Ромочке хотел Тараса Бульбу показать: я тебя породил я тебя и убью но он мне своей адидасиной так промеж ног заехал что еле до сюда доковылял здесь и уп-паду... Он напоследок мне еще и сказал: Д-думай, старик, а то впустую коптишь небо, не лучше бабы Клавы, та-то хоть не соображает, а ты ж-жертва коммунизма, во как! Жертва! - и тут Петр Петрович зашелся навзрыд.

Я вдруг понял, что от меня требуется. Пьяные мои мысли подло нащупали беззащитную цель, и я лупанул прямо из пушки:

- Хочешь десять миллионов, Петр Петрович?

Он даже не отреагировал. Потом что-то промямлил про издевательство и хотел было упасть под стол, по я почти закричал:

- Я куплю у тебя биоэнергетическуго субстанцию!

Какая Вам разница, как я ему объяснил, что от него требуется. Он готов был продать и душу. Когда я записывал в блокнот "Полуэктов Петр Петрович, 1946 г. р." и т. д., Варфоломей за моей спиной уже держал туго набитый конверт. И я даже позавидовал Петру Петровичу, что он за день заработал столько, сколько даже в лучшие свои коммерческие времена я не мог заработать за две недели.